Дом Сысоева

, Комментариев нет





Как говорят знатоки старой Москвы и ценители красот московских переулков, именно здесь, в Печатниках, находится настоящее «сердце Москвы». Хотя правильнее будет сказать, находилось еще лет 15 назад. К сожалению, я уже не застал тех времен, когда во дворе дома номер пять можно было увидеть настоящую, аутентичную, картину московской жизни годов эдак пятидесятых: коляски в открытых, без всяких домофонов, подъездах, белье на веревке, приветливо обшарпанная скамеечка, уютные деревья, заслоняющие ветвями выцветшие кирпичные стены… Сейчас-то, конечно, вместо скамейки стоит будка с мрачным охранником, дверь наглухо закрыта, а коляски и веревки исчезли, похоже, вместе с их владельцами.
И нам остается только ходить вокруг да около, тщетно пытаясь разглядеть облик настоящей, родной, Москвы, среди уродливых фасадов новодельных жилых комплексов и полированных бизнес центров. И ведь стараниями варварской московской власти даже это горькое удовольствие, боюсь, скоро будет недоступно. Все ближе и ближе к осуществлению мечта наших люмпен-чиновников — стереть с лица города все нерентабельные, старые, скромные и невыгодные, а потому ненужные и только зря занимающие ценную площадь московские домики. С каждым новым постановлением, новой стройкой, новым забором эта мечта все более становится явью, а настоящая Москва, та, в которой выросли мы и наши предки, уходит в иной мир, мир мечтаний и воспоминаний.
Один из последних осколков этой Москвы пока еще можно найти в Печатниковом переулке. Это знаменитый «дом с кариатидами», или дом Сысоева, по адресу Печатников переулок, дом 7. Маленький двухэтажный особнячок попал и в кино (там жила Эллочка-людоедка из первой версии «12 стульев»), и на многочисленные полотна художников. Сам по себе дом, прямо скажем, ничем не примечателен, обычный московский дом середины 19го века — однако благодаря своему фасаду с многочисленными великолепными лепными фигурами и украшениями он получил поистине всемосковскую известность. Первоначально он был построен женой купца средней руки Н.Ф.Золотаревой, вскоре после этого дом перешел полковнице Елене Ждановой, а в 1896 году его приобрел разбогатевший крестьянин из деревни Сафроново Подольского уезда П.С. Сысоев, благодаря которому мы теперь имеем возможность любоваться весьма неожиданным античным фасадом у обычного купеческого особняка.

Сысоев был довольно талантливым и умелым лепщиком, и разбогател именно на этом ремесле. Он участвовал в оформлении знаменитой филипповской булочной и не менее знаменитой гостиницы «Метрополь», и свой дом превратил, в общем-то, в своеобразную рекламную вывеску своего предприятия, располагавшего тут же, во дворе дома. Известно, что в перестройке и оформлении дома принимал участие также архитектор Зубов.
Стоящий слева дом 5 тоже весьма и весьма колоритен. Принадлежал он купеческой вдове К.В. Кирхгоф, сдававшей его жильцам. Здесь жил известный историк церкви, дьякон церкви Успения в Печатниках, Николай Петрович Виноградов. В начале революции, несмотря на непролетарское прошлое, он стал председателем Церковно-Археологического отдела Общества любителей духовного просвещения. А до 1921 года работал секретарем Церковного отдела Комиссии по делам музеев и охраны памятников при Моссовете. Первые послереволюциооные годы были золотым временем для реставраторов, археологов и борцов за охрану исторического прошлого столицы. У новой власти были другие, более важные заботы, и до поры до времени радетелям старины позволяли еще свободно изучать историю московских древностей и пытаться сохранить ее жемчужины. С окончанием гражданской войны и упрочением позиций большевиков власть предержащие взялись за методичное уничтожение исторического облика Москвы, чем и занимаются по нынешний день. И такие энтузиасты сохранения городских памятников, как Виноградов, стали не просто ненужны, но и вредны для государственной машины. После 1928 о Н.П.Виноградове ничего не известно…
Следующий, дом номер 3, с архитектурной точки зрения ничем особо не примечательный, был свидетелем настолько интересных исторических моментов, что заслуживает отдельного рассказа. Скажем только, что с 20-х по 60-е годы ХХ века в одной из квартир там находился крупнейший тайный московский монастырский скит. Увы, но об этом доме теперь можно только рассказывать. Еще год назад все три дома образовывали вместе уникальный с точки зрения краеведения уголок исконной старой Москвы, города, где каждый, самый обычный на вид дом, хранит в себе какую-нибудь неповторимую историю. Но наступление на столицу дорвавшихся до власти хапуг и негодяев неотвратимо. И осенью 2008 года дом номер 3 по Печатникову переулку постигла печальная участь многих и многих замечательных московских строений. Кому-то приглянулось именно это место под строительство очередного бизнес-центра — и, как и всегда, спасти дом от безжалостного разрушения после этого ничто уже не могло.
Лишь дом с кариатидами хотя бы был взят в свое время под государственную охрану. Мы все, конечно, знаем, что никакой статус не дает гарантии от сноса в нынешней Москве, но это хотя бы что-то. Но даже если дом Сысоева сживется с появившимся по соседству очередным архитектурным уродством, и не сгорит или обрушится неожиданно, как это уже бывало не раз с другими памятниками, то один из последних маленьких участков исконных старинных московских переулков, который образовывали три дома по Печатникову, уже ничто не вернет обратно.

На оставшийся в живых дом 7 уже начались покушения. Летом этого года представители движения «Архнадзор» обнаружили в доме бригаду рабочих из братских республик, которые поведали о начинающемся ремонте дома для некой фирмы. Начальник этой неизвестной организации, с которым удалось побеседовать защитникам дома, естественно не представился и не озвучил ни название фирмы, ни основания, по котору собственно ремонт был затеян. Рабочие клятвенно заверяли, что сохранившийся внутренний интерьер особняка, например великолепная кафельная печь конца 19 века, повреждены не будут. Однако спустя десять дней рядом с домом были замечены груды строительного мусора и досок. Поднятые по тревоге представители «Архнадзора» обнаружили, что межэтажные перекрытия и стены выломаны, потолки и лепнина пошли трещинами, печь практически лишена своей опоры — в общем вандализм идет полным ходом. Надо отдать должное срочно вызванным работникам «Москомнаследия» и местного ОВД — благодаря их помощи удалось прекратить безобразное разрушение памятника и максимально законсервировать здание. Прибывшие на место «инвесторы», как водится, игнорировали все попытки разузнать их фамилии или названия фирм, затеявших псевдоремонт, и лишь отсылали официальных, замечу, представителей государства в местную управу, дескать там все знают. В управе Мещанского района никаких сведений, разрешений или поручений касательно дома Сысоева не обнаружилось. Таким образом, первый, но думается не последний раунд закончился пока что вничью. Благодаря действиям активистов Архнадзора и помощи местной милиции и Москомнаследия удалось остановить незаконный варварский ремонт здания. Однако ни цели, ни основания, ни действующие лица этого предотвращенного вандализма остались неизвестными — если не считать имени Виталий Никитин, которым представился один из инвесторов. Дом удалось отстоять — но вообще-то говоря, ситуация совершенно бредовая для любого нормального государства и совершенно нормальная для нашего города. В центре столицы, средь бела дня, группа неизвестных лиц, нанятая неизвестным лицом или неизвестной организацией, с неизвестными целями и на неизвестных основаниях, захватила официально зарегистрированный и охраняемый (!) государством памятник архитектуры и нанесла ему тяжелые повреждения. И даже когда их фактически застали с поличным на месте — никому и ничего за это не было. Вот в чем весь абсурд ситуации! И не только никому ничего не было…официальные государственные органы (милиция и управа) не в состоянии даже были выяснить хотя бы одно из вышеуказанных неизвестных! Вот так вот бдительно охраняются памятники в нашем городе…




 

Ответить

(*) Обязательно, но мы никому не скажем